Сделать закладку


Наши анонсы:

Анонсы
  • ПОЧЕМУ!! >>>
  • ВАРЯГ >>>
  • ИНТИФАДА >>>
  • АВИТАЛЬ или НАДЕЖДА ЛИТЕРАТУРЫ >>>
  • СЕРЕЖА или БЕЙ СВОИХ >>>



Произведения и отзывы

Случайный выбор
  • ДАНА или СЕРДЦЕ УЧИТЕЛЯ  >>>
  • Усмешка  >>>
  • Если Бог меня оставит...  >>>


Анонсы и новости:

Анонсы
  • СЛУЧАЙ В БАНЕ >>>
  • ЭРОГЕННОЕ >>>
  • ДЕПРЕССИВНОЕ >>>
  • ОТКУДА РАСТУТ НОГИ >>>
  • ВОЛШЕБНЫЙ КОРАБЛЬ >>>



Аниннский Лев

 

 

                                          ВИРУС ПАРОДИЙНОСТИ

 

                       Из заметок на полях

 

 

 

«Сто пародий» Минина. Издание московско-иерусалимское. Разделы: «Поэты России и Украины», «Поэты США и Канады», «Поэты Европы», «Поэты Израиля». Четыре домена. Пахнет геополитическим ветром — вот-вот хантингтоновы узлы развяжутся. Или завяжутся.

 

В предисловии Римма Казакова благодарит Евгения Минина и мужественно признаёт, что находит пародию на себя полезной: Минин помог ей как поэту вылечить стихи от недостатков.

 

Потом вспоминает:

 

«Да ещё я помню, что пародия — это пиар!»

 

Вовремя вспомнила. Пародия сегодня — не «ещё и пиар», а пиар прежде всего, а чаще - только пиар. Так что обиды поэтов — не из той оперы. Недостатки свои они исправляют и без пародистов. А вот в иные читательские головы имена поэтов иначе не вобьёшь — только пародией.

 

* * *

 

На четыре ахмадулинские строчки — шестнадцать мининских, пародийных. У неё: «пёс… думает обо мне». Умственно-мелодический универсум, где всё роднится и перекликается. Пёс семилетний, глаз семицветный. Мечта нежной души.

 

У Минина:

Пес семилетний очумело

уставив на меня свой зрак,

не знал, что я собаку съела

по части понимать собак.

 

Аура потеряна. Вернее, заменена (в четвёртой строке) какой-то «одесской» остротой. Та собака, которая зарыта у Ахмадулиной, не откопана и не оживлена у Минина. Вместо мечтаемой игры мироздания – игра слов, вернее, одного слова:

И это сладко, и приятно,

необъяснимо это так!

Прошу не понимать превратно,

а то - навешают собак!

 

На кого навешают? На Беллу???

 

* * *

 

У Светланы Кековой:

Держит имя рукою за вымя

бородатый и бодрый глагол.

 

У Минина:

Всех, кто сделал в поэзии имя,

Кто не голоден нынче, не гол,

Крепко держит рукою за вымя

Бородатый и бодрый глагол.

 

Крепко. Вот и оборвать бы на этом. Но вымя слишком соблазнительно, чтобы оставить его так. Глагол пародиста работает дальше:

Он работает быстро и бойко,

Не присев, до седьмых петухов!

Вот и все...

Я помчалась на дойку...

Надою с полведерка стихов.

 

Ну, что тут скажешь? Грубо. Слабо. В том смысле, что «полведёрка» - слабый надой. А главное, Кекова работает не в том колхозе. У неё «вымя» – обернутое «имя». А там брезжут: племя, пламя, знамя…

 

Какие там полведёрка…

 

* * *

 

Фокус пародиста — выпрыгнуть из той остроты, к которой он прицепился. Не обыгрывать её в повторах, а найти более высокий (или глубокий) источник смысла, саму эту остроту превратив из источника в следствие. Тут нужна иная точка отсчёта. Выйти за пределы пародируемой ситуации!

 

Вот удачный пример. Кирилл Решетников берёт псевдоним Шиш Брянский и пишет:

Колыбель мою качала

Ольга Седакова,

И симфония звучала

Из мово алькова.

Я потом немножко вырос,

И нашел манера,

И завелся во мне вирус

Ростом с Люцифера...

 

Фигуры расставлены прямо-таки с театральной, вернее, с балаганной наглядностью.

 

Минин безошибочно обыгрывает мизансцену. И - обыгрывает Шиша в этой игре. Ибо он не к Шишу адресуется, а «выше». То есть туда, куда и следует:

Ольгу Александровну

Объяснить прошу,

Что за колыбельную

Пела малышу?

 

Блеск! Вот на этом спазме и замер бы…

Нет. Ещё восемь строк — хочется надоить с этого козла еще полведёрка:

Что за текст он кушал,

Что сосал тайком?

Как впитал он в душу

Вместе с молоком

Люцифера силу,

Едких слов гашиш!

Жаль, что из Кирилла

Вырос Брянский Шиш!

 

Несколько искупает дело такой шиш, показанный нам в финале.

 

* * *

 

Парад американцев открывает Рита Бальмина:

Так много гадов на груди согрето,

Что впору эту грудь прикрыть кольчугой.

 

Хорошо сказано - веет весёлой пародией.

 

У Минина это и обыграно, так же весело:

Не помню — сколько грудью обогрето,

О, нет у женской жалости предела!

Но вот одела два бронежилета,

И очередь заметно поредела.

 

Не хочу придираться: надо не «одела», а «надела»… очень уж бронежилет хорош – и именно потому, что выводит маскарад на новую систему отсчёта.

 

Но зачем перед этим ещё четыре строчки, просто повторяющие остроту:

От мужиков противно мне и тошно.

О, как я их жалела в час разладов.

Но, согреваясь на груди роскошной,

Они все время превращались в гадов.

 

Лишнее! И как всё лишнее – не очень тактично. Откуда ты знаешь, что у Риты грудь «роскошная»? Куда полез? 

* * *

Я бы ввёл закон жанра: число строк в пародии должно быть равно числу строк в мишени. Или меньше. Но не больше.

 

У Кенжеева — четыре строки:

Я стою на ветру, а в руке адресок,

переписанный наскоро, наискосок,

а январь сухорук, и февраль кривоног,

и юродивый март невысок...

И у Минина — четыре строки:

…И апрель — он калека и гермафродит...

Вдруг навстречу Булат со свирелью:

- Ты чего на апрель катишь бочки, Бахыт?

Кто дежурный из нас по апрелю?

Всё сказано! Остальное — в отвал, в кладовку, в загашник!

 

* * *

 

Израильский отряд возглавляет Ави Дан:

Как было сказано у фе

Или у Пушкина быть мо

Изысканный образец русской языковой ностальгии! Тут уж не удержаться…

Хотя Генрих Сапгир уже обыгрывал: «Там поёт Высо…» И Минин выдаёт двенадцать строк. Из них стреляют в финале две:

Не знаю, что сказал бы фе

А Пушкин розог дать бы мо

Но первые восемь — типичный «разбег», долгое «прицеливание:

Когда я убегал с уро

Хоть это было и неча

Но там как раз учили про

И суффиксы и оконча

И т.д.

 

* * *

 

Отсыплю от лишнего ещё один эпизод.

У Зинаиды Палвановой:

Все ближе ночь. Горит ее восход.

Закатом это люди называют...

У Евгения Минина:

В стране, где завершили мы исход,

Проблему нашу понимаю здраво,

Еще мы пишем слева и направо,

А думаем уже - наоборот!

 

Кажется, тут уже брезжит геополитика… Наконец-то.

 

* * *

 

Краткость, краткость!

Нет повести печальнее на свете,

Чем заразить компьютер в Интернете.

 

Шекспир может снять шляпу.

Copyright © Evgeny Minin. All rights reserved. При цитировании активная ссылка обязательна                     "Design - UnAtomic studios"